27 декабря 2011

Из рассмотренных 175 кладов о 66 имеются сведения, что они найдены не прямо в земле, а либо в глиняном горшке, металлическом сосуде, либо в коже, бересте и т. д.

Можно с полной уверенностью сказать, что большая часть кладов, если не все, была во что-либо уложена, но на это в момент находки или не было обращено внимания, или ткань, кожа и пр. не сохранились.

Общие данные о характере упаковки кладов:

  • в глиняном сосуде (или сосудах) – 46 кладов
  • в медном сосуде (или сосудах) – 8 кладов
  • в ткани, матерчатом мешке – 5 кладов
  • в чаше – 4 клада
  • в бересте – 2 клада
  • в восковом сосуде – 1 клад
  • в ларце – 1 клад
  • в коже -1 клад

Наиболее распространенным был, как видно, глиняный сосуд, если не считать не дошедшую до нас ткань, которую можно только предполагать, когда клад найден прямо в земле. В четырех случаях клад помещался даже в двух глиняных сосудах.

В Киевском кладе с ус. Есикорского 1885 г. этот второй сосуд (ковш) служил крышкой, прикрывавшей вещи, уложенные в большой горшок с ручкой. В остальных трех оба глиняных сосуда служили вместилищем для вещей.

В Гнездовском кладе 1870 г. было тоже 2 сосуда – 2 медных котелка, в Киевском кладе с ус. Чайковского 1876 г. – 2 серебряные чаши; по-видимому, одна из них прикрывала вещи, уложенные во второй чаше. Всего с двумя сосудами (глиняными, глиняными и медными, медными и серебряными чашами) найдено 8 кладов. Вообще сосуды встречаются чаще, чем ткань, кожа, береста.

Горшки обычно сверху были чем-нибудь накрыты. В Киевском кладе с ус. Есикорского, как указано, большой глиняный горшок был накрыт глиняным ковшиком.

Вещи Киевского клада с ус. Михайловского монастыря 1887 г. были уложены в глиняную кубышку с глиняной же крышкой.

Вещи Киевского клада 1824 г. были уложены в большой глиняный пифосообранызй сосуд без горла и накрыты «покрышкой», которую находчик «разломил».

В Киевском кладе 1907 г. с территории Михайловского монастыря из двух горшков, в которых были зарыты слитки и вещи, один с вещами был прикрыт донышком разбитого горшка.

Горшок Киевского клада с Б. Житомирской ул. 1902 г. был накрыт кольчугой.

Медный тонкостенный котелок Дягунинского клада Тверской губернии был накрыт сковородкой.

Горшок Святоозерского клада Черниговской губернии 1908 г. был накрыт тоже железной сковородкой с втулкой для деревянной ручки.

Горшочек Киевского клада 1893 г. был прикрыт железным кружком, похожим на сковородку, а под горшок был подложен большой топор.

Цилиндрический сосуд красной меди из Киевского клада с ус. Лескова 1876 г. был закрыт такой же крышкой, плотно входившей в его цилиндрическое горлышко.

Киевский клад 1913 г. с ус. Сикорского, состоявший из золотых браслетов и без малого 3000 диргемов, помещался в медном котелке, сверху залитом воском.

Киевский клад, состоявший также из нескольких тысяч диргемов и двух золотых браслетов, найденный в 1851 г. на Печерске, был уложен в глиняный кувшин, залитый воском.

Устанавливался горшок большей частью прямо в землю, но иногда под него что-нибудь подкладывали.

Так, в только что упомянутом Киевском кладе 1893 г. под горшок был подложен большой топор. Топор был обнаружен также в Гнездовском кладе 1870 г., но место его при находке не известно. Также не известно, каково было назначение сошника, оказавшегося в Тереховском кладе Орловской губернии. Не исключена возможность, что он был подложен под горшок.

Горшочек Киевского клада 1938 г. был вставлен в бронзовую, посеребренную чашечку (лампаду?). Внутри горшка вещи укладывались с возможной тщательностью. Так, в Киевском кладе с ус. Есикорского вещи лежали на оческах пакли.

Вещи Киевского клада 1824 г. были прикрыты тканью.

Вещи Киевского клада с ус. Орлова 1901 г. лежали в горшке завернутыми в парчу.

Ткань была найдена и в ряде других кладов, но там она могла быть положена и сама по себе, просто для сохранения самой ткани.

Форма глиняных сосудов весьма разнообразна. Иногда они большие, вроде пифосообразного сосуда, в котором найден Киевский клад 1824 г. Иногда это маленькие горшочки с ручкой. Клад с ус. Бродского 1899 г. найден в амфоре. Клад 1896 г., обнаруженный в с. Мышеловка, в 10 верстах от Киева, был уложен в остродонный сосуд красной глины типа амфоры, с отбитым горлом и ручками. В Киевском кладе 1872 г. было два глиняных кувшинчика. Клад с ус. Есикорского найден в большом, типичном для киевской керамики XII-XIII вв. горшке, значительно суживающемся книзу, с одной ручкой. Вообще, судя по сохранившимся глиняным сосудам, клады были уложены не в специальные, а в самые обычные, распространенные в быту глиняные горшки и кувшины. Но, к сожалению, сохранились они лишь в редких случаях.

Из медных сосудов сохранился только один – лампадка Киевского клада 1938 г.

Медный сосуд из Лесковского клада 1876 г. хоть и не сохранился, но его можно хорошо себе представить по описаниям. Это был цилиндрический сосуд с цилиндрической же шейкой, в которую вставлялась крышка; общая высота сосуда 17,6 см.
Киевский клад 1906 г., проданный за границы, был уложен в «в жестянку овальной формы, вышиной более четверти аршин» (по-видимому, сосуд типа кувшина).

Про все остальные 6 медных сосудов говорится, что это были «котелки». Один раз котелок был залит воском (Киев); другой раз накрыт сковородкой (Тверская губерния).

Относительно серебряных чаш, найденных в четырех кладах, можно только предполагать, что они служили одновременно и вместилищем для вещей. Только про Киевский клад с ус. Чайковского 1876 г.известно, что вещи были уложены в чашу. Условия находки других трех кладов не известны (Киевский клад 1949 г., Каменнобродский клад 1903 г., Переяславский клад 1912 г.).

Несколько удивляет иногда, что сосуды, в которых были зарыты клады, слишком велики для количества найденных в них вещей.

Киевский клад 1907 г. с территории Михайловского монастыря помещался всего в двух горшках. В одном из них лежало 56 денежных гривен, а в другом – всего две золотые сережки.

Киевский клад с ус. Бродского 1899 г. был зарыт в амфоре; в ней найдено всего 20 золотых монет, 2 золотых слитка в виде палочек, 3 золотых браслета и железный замок.

Клад из с. Мышеловка Киевского уезда 1896 г., уложенный в сосуд типа амфоры, состоял только из 11 денежных слитков и 21 бляшки от поясов.

Примеры можно было бы, по-видимому, умножить, если бы сохранились те сосуды, в которых найдены вещи. Объяснить это явление можно по-разному. Прежде всего, никогда нет уверенности в том, что клад не разграблен в момент находки. Кроме того, очень может быть, что уложенные в горшок вещи прежде были завернуты ткань или прикрыты ею, или лежали на пакле, как в кладе Есикорского. Вполне возможно также, что металлические вещи клали нашитыми на ткань – на одежду (Киевские клады 1903 г. и с ус. Орлова 1901 г.), на головной убор (например, диадемы из клада Гребеновского и из Сахновки), на кожу (поясные накладки из с. Мышеловка). Впоследствии ткань или кожа истлели.

Несколько сказочно выглядит описание несохранившегося клада, найденного на территории Елецкого монастыря в Чернигове в первой половине XIX в. Золотые вещи с эмалью лежали якобы в ларце, окованном железом. Ни одного подобного случая более не зафиксировано.

Единичны также случаи находки кладов в горшках, сделанных из воска. Вещевой клад в таком горшке найден в 1927 г. в д. Мужищево Ржевского уезда Тверской губернии. Горшок не сохранился, но достоверность этой находки подтверждается тем, что примерно в том же районе, в Великолукском уезде Псковской губернии, в 1923 г. было найдено около 10 фунтов монет (одна из них – диргем 903/905 гг.) тоже в восковом сосуде. По-видимому, на севере, изобиловавшем воском, для каких-то специальных надобностей выделывались восковые сосуды.

В двух из пяти случаев обнаружения ткани в качестве обертки вещей клада удалось установить, что из ткани был сшит мешочек.

В холщевом мешочке был найден клад в Киеве во время раскопок Д. В. Милеева в 1910 г. и в мешочке же оказался клад, спрятанный в печь в землянке на городище Старая Рязань, найденный по время раскопок А. Л. Монгайта в 1950 г.

В Витебской и Могилевской губернии 2 клада, зарытые в середине и конце XI в., были завернуты в бересту.

Огромный, почти целиком нумизматический клад, найденный в Гомельском уезде в 1883 г., состоящий почти из двух ведер куфических монет, пряжки и ожерелья, был завернут в кожу. Возможно, что это был кожаный мешок.

В целом можно сказать, что глиняный горшок и ткань были одинаково распространены как в X-XI, так и в XII-XIII вв. Твердая упаковка в Поднепровье встречается немного чаще, чем на севере. По-видимому, на севере чаще завертывали в ткань. На севере нет также кладов, зарытых в чашах и ларцах, зато имеются клады, завернутые в бересту, кожу, уложенные в восковой сосуд.

Выбор места при зарытии клада может быть прослежен лишь в единичных случаях. Находки кладов под корнями или пнями старых деревьев, в обрезах крутых обрывов – явления безусловно случайные, позднейшие, и не о них идет, конечно, речь.

Клад, найденный в 1851 г. у д. Исады Суздальского уезда, оказался зарытым в полу кургана. С подкурганным погребением он связан не был. Подобные находки кладов как вещевых, так и монетных не единичны.

В кургане или на территории курганного могильника X в., так называемого Гущинского могильника близ Чернигова, был зарыт клад с вещами X в.

Найденный в 1870-х годах клад куфических монет, шейных гривен и перстней в Оршанском уезде Могилёвской губернии был зарыт тоже в кургане.

Видимо, курган считался надежным местом для хранения ценностей. Возможно, рассчитывали на то, что никто не будет тревожить костей умерших и клад поэтому не будет обнаружен. Народные легенды часто связывают находки кладов с курганами, но, по-видимому, это происходит не столько вследствие частых находок в курганах именно кладов, сколько от смешения вещей клада с инвентарем погребения. При грабительских раскопках, при добыче селитры, при пахоте в руки населения попадали вещи, которые и могли подать повод для создания легенд о кладах, скрытых в курганах.

Так, в 1626 г. при добывании селитры был снесен курган в Путивльском уезде Курской губернии. Найденные при этом золотые и серебряные вещи («два прута, да 26 плащей, да 9 перстней золотых и пуговицы и иные мелкие статьи золотые и серебряные») названы «находным золотом и серебром», т. е. тем же термином, которым называли в XVII в. клады. Издавший сыскное дело о Путивльской находке 1626 г. Н. Н. Оглоблин так и называет ее «Путивльским кладом» или «Путивльским курганным кладом».

Клад, спрятанный в квадратной ямке (18 X 18 см, глубиной 26 см), вырытой в полу землянки, обнаружен на городище Девичья Гора Каневского уезда Киевской губернии.

Клад, найденный на Княжей Горе в 1877 г. у основания столба срубного жилища, лежавший в черепках глиняного горшка, вряд ли можно считать «кладом» в полном смысле слова. По-видимому, он не был спрятан, а просто стоял в укромном месте и погиб под развалинами дома.

Но клады, найденные в печи в Старой Рязани в 1950 г. и на Княжей Горе в 1891 г., можно считать именно кладами, спрятанными в виду опасности в домашнюю печь.

Дважды клады были обнаружены в стенах каменных зданий.

В 1923 г. во время работ Н. Е. Макаренко в Черниговском Спасском соборе, в алтарной части юго-восточной пристройки его, был найден клад серебряных вещей XII-XIII вв. Он лежал завернутым в ткань ниже уровня пола в углублении стены, куда был опущен благодаря неровностям кладки.

Второй вещевой клад в каменной постройке был найден в 1857 г. в Киеве, близ десятинной церкви. На косогоре, обращенном к Андреевскому спуску, при перестройке дома и выемке земли под этим домом была обнаружена старая кирпичная кладка. В одной из стен найденного здания была ниша, в которой, в небольшом глиняном горшочке, лежали 6 монетных гривен и несколько золотых и серебряных вещей. По-видимому, это было дворцовое здание, позже раскопанное В. В. Хвойко.

Известен еще один способ укрытия ценностей, прослеживающийся в ряде пунктов. Наиболее ярко он выясняется в описании условий находки Киевского клада 1842 г. на усадьбе Десятинной церкви.

В 1842 г. после постройки новой Десятинной церкви рабочие А. С. Аненнкова, строителя этой церкви, занимаясь планировкой местности вокруг нее, нашли клад, по размерам едва ли не самый большой из всех домонгольских кладов, найденных в СССР. По словам очевидцев, он состоял из золотых и серебряных украшений и едва уместился в два мешка. «Все открытые драгоценности были найдены в одной пещере или же лёхе, то есть помещении, несколько напоминающем собой погреб, вырытый в отвесной толще земли или глины». Это описание невольно приводит на память те два вырытых в лёссе тайника, которые раскопаны М. К. Каргером на территории Десятинной церкви.

Новая Десятинная церковь XIX в. была меньше старой, занимая лишь юго-западную ее часть. Северная стена и апсиды оставались не застроены новым зданием. Вполне возможно, что найденный рабочими клад был спрятан не под открытым небом, а на территории древней Десятинной церкви, частично выходившей за пределы нового здания. По-видимому, лежал он в таком же тайнике, какие были обнаружены в Десятинной церкви при раскопках 1939 г. При той неряшливости, с которой велись работы, связанные с исследованиями старой церкви перед постройкой новой, можно вполне допустить, что этот «лёх» или тайник с кладов не был замечен ранее. Возможно поэтому Анненковский клад 1842 г. был найден в тайнике одного из алтарей древней Десятинной церкви. Устройство тайника в открытой северной галерее древней церкви, фундаменты которой также не были закрыты новым зданием, вряд ли возможно.

К сожалению, описание находки клада в 1842 г. настолько кратко, что мы даже не знаем, на какой глубине было обнаружено это громадное скопление драгоценностей.

Интересное предание записано В. В. Хвойко в 1914 г. во время раскопок в Белгородке. «Сущесвтует местное предание, – пишет он, — что, когда Батый в 1239 г. осадил Белгород и исчезла надежда отстоять его, все церковное имущество, даже колокола и драгоценности частные, были опущены в особый тайник и, не разысканные татарами, доныне лежат в глубокой земле».

Данный рассказ невольно вызывает в памяти находку Киевского клада в алтарном тайнике Десятинной церкви. Это совпадение, конечно, случайное, но оно свидетельствует о том, что способ укрытия ценностей в специально вырытых тайниках был в то время известен и достаточно распространен.

Описание условий находки клада в 1842 г. дает полное право предположить, что в Десятинной церкви был, кроме двух раскопанных, еще и третий тайник, вырытый, очевидно, в одном из ее алтарей. Огромное количество ценностей, состоявшее из сосудов и бесчисленных женских украшений, было уложено, по-видимому в одну из камер или ниш тайника, так как по словам В. Г. Ляскоронского, вещи были найдены «в пещере», вырытой в «отвесной толще земли». Если сосуды и могли составлять имущество церкви, то женские украшения, по-видимому, были даны клиру Десятинной церкви на сохранение.

Таким образом, ценности прятали как в пределах зданий (землянка, дворец, церковь), так и вне их (курган). Прятали их в печь, нишу, под полом, в ямке, выкопанной в полу землянки, в специальных тайниках, но, по-видимому, чаще всего зарывали в землю, видимо, на своих усадьбах. К сожалению, места находки кладов во многих случаях дополнительно не исследовались, и поэтому неизвестно, всегда ли находки клада связаны с населенным местом. Только теоретически можно предположить, что вещевой клад, как правило, закапывался либо на поселении, либо неподалеку от него.

Г. В. Корзухина. Русские клады IX- XIII вв. М.-Л., 1954 г.

Похожие материалы:

Добавить комментарий

Партнёры сайта:
Классная газовая горелка - от производителя Kovea.


Metalloiskateli-info.ru - сайт кладоискателей: все о современных металлоискателях и кладоискательстве. На сайте публикуются новости и статьи о кладоискательстве, обзоры металлоискателей, видео кладоискателей и прочие материалы, связанные с поиском кладов. На сайте можно бесплатно скачать старые и старинные топографические карты и литературу, полезную для кладоискателей.